English [en]   العربية [ar]   català [ca]   Deutsch [de]   español [es]   français [fr]   עברית [he]   hrvatski [hr]   日本語 [ja]   한국어 [ko]   Nederlands [nl]   polski [pl]   русский [ru]   Shqip [sq]   српски [sr]   Türkçe [tr]  

Личные встречи с разработчиками GNU на слете хакеров GNU!

VIII слет хакеров GNU состоится в Мюнхене (Германия) 15—17  августа 2014 года. Он продлится три дня, во время которых будут проходить обсуждения новых программ GNU, состояния системы GNU и новостей сообщества свободного программного обеспечения.

Запишитесь сейчас, чтобы зарезервировать место.

Это перевод страницы, написанной на английском языке.

Ричард Столмен. Вопросы о GNU/Linux

Другие сведения об этом вопросе можно получить на наших страницах “Linux и проект GNU”, “Почему ‘GNU/Linux’?” и “Пользователи GNU, которые никогда не слышали о GNU”.

Когда люди видят, что мы используем и рекомендуем название “GNU/Linux” для системы, которую многие другие называют просто “Linux”, они задают много вопросов. Вот наиболее общие из них и наши ответы на них:

Почему вы называете ее “GNU/Linux”, а не “Linux”? (#why)
Большинство дистрибутивов операционных систем, основанных на Linux как на ядре, являются в основе своей модифицированными версиями операционной системы GNU. Мы начали разработку GNU в 1984 году, несколькими годами ранее, чем Линус Торвальдс начал писать свое ядро. Нашей целью было разработать полную свободную операционную систему. Конечно, мы не разрабатывали все ее части сами — но мы прокладывали дорогу. Мы разработали большинство основных компонентов, сформировав самый крупный единый вклад в систему в целом. Общий план развития тоже был нашим.

Справедливости ради мы должны получить упоминание по меньшей мере на равных.

Более подробно это объясняется в статьях “Linux и система GNU” и “Пользователи GNU, которые никогда не слышали о GNU”; с историей можно ознакомиться на странице “Проект GNU”.

Почему название важно? (#whycare)
Несмотря на то, что разработчики Linux (ядра) делают вклад в сообщество свободного программного обеспечения, многим из них свобода безразлична. Люди, которые думают, что вся система и есть Linux, обычно сбиваются с толку и приписывают этим разработчикам роль в истории нашего сообщества, которую они в действительности не играли. Затем они придают взглядам этих разработчиков чрезмерный вес.

Называть систему “GNU/Linux” значит признавать роль, которую наша верность идеалам сыграла в построении нашего сообщества, а также помогать обществу осознать практическую важность этих идеалов.

Как получилось, что большинство людей называет эту систему “Linux”?(#howerror)
Название системы “Linux” — это заблуждение, которое распространилось быстрее, чем опровергающая его информация.

Люди, которые объединили Linux с системой GNU, не понимали, что их деятельность сводится к этому. Они сосредоточили свое внимание на той части, которую составляла Linux, и не осознавали, что большей частью этой комбинации была GNU. Они стали называть ее “Linux”, хотя это название не подходило к тому, что у них было. Прошло несколько лет, прежде чем мы осознали, что это за проблема, и обратились к людям с просьбой исправить эту практику. К тому времени это заблуждение зашло уже далеко.

Большинство людей, которые называют эту систему “Linux”, никогда не слышало о том, что это не верно. Они видели, что другие употребляют это название, и предполагают, что так и должно быть. Название “Linux” также распространяет ложную картину о происхождении системы, потому что люди обычно полагают, что история системы соответствует названию. Например, они нередко убеждены в том, что ее разработка началась Линусом Торвальдсом в 1991 году. Эта ложная картина способствует укреплению мысли о том, что систему следует называть “Linux”.

Многие вопросы на этой странице демонстрируют попытки людей оправдать использование названия, которое они привыкли употреблять.

Всегда ли нам следует говорить “GNU/Linux” вместо “Linux”?(#always)
Не всегда — только тогда, когда вы говорите о системе в целом. Когда вы имеете в виду именно ядро, вам следует называть его “Linux” — названием, которое для него избрал разработчик.

Когда люди называют всю систему “Linux”, они — как следствие — называют всю систему так же, как и ядро. Это приводит к разного рода путанице, потому что только специалист может сказать, относится ли утверждение только к ядру или ко всей системе в целом. Называя систему в целом “GNU/Linux”, а ядро “Linux”, вы избегаете двусмысленности.

Удалось ли бы Linux достигнуть такого успеха, если бы не было GNU? (#linuxalone)
В таком альтернативном мире сегодня не было бы ничего подобного системе GNU/Linux, и, вероятно, вообще никакой свободной операционной системы. Никто не предпринимал попыток разработать свободную операционную систему в восьмидесятых годах XX века, кроме проекта GNU и (позднее) Исследовательской группы вычислительной техники университета в Беркли, которую проект GNU специально попросил приступить к освобождению их исходных текстов.

Отчасти на Линуса Торвальдса повлияла речь о GNU в Финляндии в 1990 году. Возможно, он написал бы ядро для операционной системы семейства Unix и без этого влияния, однако оно, по всей вероятности, не было бы свободной программой. Это ядро (Linux) стало свободным в 1992 году, когда Линус перевыпустил его под лицензией GNU GPL. (См. примечания к выпуску версии 0.12).

Даже если бы Торвальдс выпустил Linux под какой-либо другой свободной лицензией, само по себе свободное ядро не дало бы миру почти ничего. Значение Linux проистекает из оформления в составе более крупной структуры, полной свободной операционной системы — GNU/Linux.

Разве для сообщества не было бы лучше, если бы вы не разделяли людей этой просьбой? (#divide)
Когда мы просим людей говорить “GNU/Linux”, мы не разделяем людей. Мы лишь просим их отдать должное проекту GNU за операционную систему GNU. Этим мы не критикуем никого и никого не отталкиваем.

Однако есть люди, которым не нравится, что мы так говорим. Иногда эти люди отталкивают нас в ответ. Порой они бывают настолько грубы, что возникает вопрос, не пытаются ли они нарочно заставить нас молчать. Это не заставит нас молчать, но людей это иногда разделяет, поэтому мы надеемся, что вы убедите их перестать это делать.

Как бы то ни было, это лишь второстепенная причина разделения нашего сообщества. Наиболее важное разделение нашего сообщества проходит между теми, кто рассматривает свободные программы как социальную и этическую ценность и расценивает несвободные программы как социальную проблему (сторонники движения за свободное программное обеспечение), и теми, кто указывает только на практические выгоды и представляет свободные программы только как эффективную схему разработки (движение за открытый исходный текст).

Это разногласие не только вопрос названия — это вопрос различия главных ценностей. Для сообщества очень важно видеть это разногласие и думать о нем. Названия “свободные программы” и “программы с открытым исходным текстом” — лозунги этих двух позиций. Смотрите также “Почему ‘открытый исходный текст’ не передает понятия ‘свободная программа’”.

Разногласия по поводу ценностей отчасти соответствуют тому вниманию, которое люди уделяют роли проекта GNU в нашем сообществе. Люди, которые ценят свободу, скорее будут называть систему “GNU/Linux”, а люди, которые узнают о том, что эта система — “GNU/Linux”, скорее обратят внимание на наши философские аргументы в поддержку свободы и сообщества (поэтому-то выбор названия для системы имеет значение для общества). Однако разногласия, вероятно, существовали бы, даже если бы все знали о происхождении системы и ее правильном названии, потому что это серьезная проблема. Она может исчезнуть, лишь если мы — люди, которые ценят свободу,— переубедим всех остальных (что будет нелегко) или будем полностью побеждены (будем надеяться, что этого не случится).

Разве проект GNU не поддерживает свободу слова каждой личности и право называть систему так, как она хочет? (#freespeech)
Да, конечно, мы убеждены, что у вас есть свобода слова и право называть операционную систему так, как вам угодно. Мы просим людей называть систему “GNU/Linux” для того, чтобы быть справедливыми по отношению к проекту GNU, популяризовать ценности свободы, которые отстаивает GNU, а также проинформировать других людей, что эти ценности свободы дали жизнь этой системе.
Поскольку все знают о роли GNU в разработке этой системы, разве не ясно и без слов, что речь идет о “GNU/”? (#everyoneknows)
Опыт показывает, что пользователи этой системы, как и пользователи компьютеров вообще, часто ничего не знают о системе GNU. Большинство статей о системе не упоминает ни названия “GNU”, ни идеалов, которые отстаивает GNU. Статья “Пользователи GNU, которые никогда не слышали о GNU” разъясняет этот вопрос подробнее.

Люди, которые так говорят, вероятно, технари, которые имеют в виду других знакомых технарей. Технари часто знают о GNU, однако многие из них имеют совершенно неверное представление о том, что это такое. Например, многие полагают, что это набор “инструментов” или проект по разработке таких инструментов.

Постановка этого вопроса, которая довольно типична, иллюстрирует еще одно распространенное заблуждение. Когда говорят о “роли GNU” в разработке чего-либо, подразумевают, что GNU — это группа людей. GNU — это операционная система. В таких случаях уместно было бы говорить о роли проекта GNU в той или иной деятельности, а не о роли GNU.

Поскольку я знаю о роли GNU в этой системе, не все ли равно, каким названием я пользуюсь? (#everyoneknows2)
Если ваши слова не отражают вашего знания, то вы не передаете его другим. Большинство людей, которые слышали о системе GNU/Linux, думают, что это “Linux”, что она была основана Линусом Торвальдсом и что ее собирались делать “с открытым исходным текстом”. Если вы им не расскажете правду, то кто расскажет?
Разве сокращение “GNU/Linux” до “Linux” не то же самое, что сокращение “Microsoft Windows” до “Windows”? (#windows)
Часто употребляемые названия полезно сокращать, но только не в случае, когда сокращение вводит в заблуждение.

Почти каждый человек в развитых странах прекрасно знает, что система “Windows” — продукт Microsoft, поэтому сокращение “Microsoft Windows” до “Windows” не вводит никого в заблуждение относительно природы и происхождения системы. Сокращение же “GNU/Linux” до “Linux” дает неверное представление о том, откуда происходит эта система.

Вопрос этот вводит в заблуждение сам по себе, потому что GNU и Microsoft — объекты разного рода. Microsoft — это компания; GNU — это операционная система.

Разве GNU — это не набор инструментов для программирования, которые вошли в Linux? (#tools)
Люди, которые полагают, что Linux — это вся операционная система, если когда-нибудь и слышат о GNU, то нередко получают неверное представление о том, что это такое. Они могут подумать, что “GNU” — это название некоторого набора программ: они часто говорят о “средствах программирования”, поскольку некоторые наши средства программирования стали популярными среди них. Представление о том, что “GNU” — это название операционной системы, с трудом укладывается в ту систему понятий, в которой операционную систему называют “Linux”.

Проект GNU получил название по операционной системе GNU: это проект по разработке системы GNU. (См. предварительное объявление 1983 года.)

Мы разрабатывали такие программы, как GCC, GNU Emacs, GAS, GLIBC, BASH и т. д., потому что они были нужны нам для операционной системы GNU. GCC, набор компиляторов GNU — это компилятор, который мы написали для операционной системы GNU. Мы, множество людей, работающих над проектом GNU, разработали для системы GNU также Ghostscript, GNUCash, GNU Chess и GNOME.

В чем различие между операционной системой и ядром? (#osvskernel)
Операционная система в том смысле, в каком мы используем этот термин, означает набор программ, достаточный для того, чтобы использовать компьютер для широкого диапазона задач. Чтобы быть полной, операционная система общего назначения должна поддерживать все типы задач, которые многие пользователи захотят решать.

Ядро — это одна из программ в операционной системе — программа, которая выделяет ресурсы машины другим работающим программам. Ядро также занимается запуском и остановкой других программ.

К большому недоразумению, некоторые люди употребляют термин “операционная система” в значении “ядро”. Оба варианта употребления термина сосуществуют уже много лет. Термин “операционная система” употреблялся в значении “ядро” в некоторых учебниках по системному проектированию уже в восьмидесятых годах. В это же время, в восьмидесятых, под “операционной системой Unix” понимался весь набор системных программ, а версия Unix из университета в Беркли включала в себя даже игры. Поскольку мы хотели, чтобы GNU была операционной системой типа Unix, мы употребляем термин “операционная система” в том же смысле.

Чаще всего, когда люди говорят об “операционной системе Linux”, они используют термин “операционная система” в том же смысле, что и мы: они имеют в виду полный набор программ. Если вы имеете в виду это, то пожалуйста, называйте ее “GNU/Linux”. Если же вы имеете в виду только ядро, то название “Linux” для него подходит, но пожалуйста, говорите также “ядро”, чтобы избежать недоразумений по поводу того, какую именно совокупность программ вы имеете в виду.

Если вы предпочитаете употреблять другой термин, как, например, “дистрибутив системы”, для всего набора программ в целом вместо “операционная система” — прекрасно. Тогда вы будете говорить о дистрибутивах системы GNU/Linux.

Ядро системы — это как фундамент дома. Как дом может быть почти готовым, если у него нет фундамента? (#house)
Ядро не очень похоже на фундамент дома, потому что построение операционной системы не очень похоже на постройку дома.

Дом строится из множества маленьких универсальных частей, которые вырубаются и складываются воедино на месте. Их необходимо собирать снизу вверх. Поэтому пока не заложен фундамент, то не построено и никакой существенной части; все, что у вас есть — это яма в земле.

В отличие от этого, операционная система состоит из сложных компонентов, которые можно разрабатывать в любом порядке. Когда вы разработали большинство компонентов, почти вся работа сделана. Это больше походит на Международную космическую станцию, чем на дом. Если бы большинство модулей космической станции было уже на орбите, и недоставало только одного важного модуля, это было бы похоже на систему GNU в 1992 году.

Разве ядро — это не мозг системы? (#brain)
Вычислительная система не очень похожа на человеческий организм, и ни одна ее часть не играет роли, сравнимой с ролью человеческого мозга в организме.
Разве написание ядра не составляет основную часть работы по созданию операционной системы? (#kernelmost)
Нет, многие компоненты требуют большого объема работ.
Какая же может быть операционная система GNU, если я не могу взять и установить что-то под названием “GNU”? (#notinstallable)
Сейчас доступно много версий GNU, подготовленных к установке. Ни одна из них не называется просто “GNU”, но они в основе своей представляют именно GNU.

Мы собирались выпустить системы GNU, подготовленной к установке, но события помешали осуществить это: в 1992 году другие уже выпускали дистрибутивы вариантов GNU, содержащих Linux. Начиная с 1993 года, мы финансировали работы по созданию улучшенного и более свободного дистрибутива GNU/Linux под названием Debian GNU/Linux. Основатель Debian уже выбрал это название. Мы не просили его называть дистрибутив просто “GNU”, потому что так собирались называть версию системы с ядром GNU Hurd — которая к тому времени еще не была готова.

Ядро GNU Hurd так и не стало достаточно готовым; мы рекомендуем его только для тех, кто заинтересован в работе над ним. Так что мы никогда не выпускали дистрибутив GNU с ядром GNU Hurd. Однако Debian выпустил дистрибутив этой комбинации как Debian GNU/Hurd.

Сейчас мы разрабатываем прогрессивную систему управления пакетами под названием GUIX на базе Scheme, это подразумевает переупаковку существенной части системы GNU.

Мы так и не сделали последнего шага выпуска дистрибутива GNU под названием “GNU”, но это не меняет сути того, чем является GNU. GNU — операционная система.

Мы используем название ядра, Linux, для всей системы. Разве операционную систему не называют обычно так же, как ядро? (#afterkernel)
Такая практика очень редка — мы не находим ни одного ее примера, кроме неправильного употребления названия “Linux”. Обычно операционная система разрабатывается как единый унифицированный проект, и разработчики выбирают название для системы в целом. Ядро обычно не имеет своего собственного названия — вместо этого люди говорят “ядро такой-то системы” или “такое-то ядро”.

Из-за того, что эти две фразы употребляются как синонимы, выражение “ядро Linux” вполне может быть неверно понято как “ядро системы Linux”, откуда следует, что Linux — это нечто большее, чем ядро. Возможности такого неверного понимания можно избежать, если говорить или писать “ядро (Linux)” или “Linux (ядро)”.

Может ли другая система дать “ощущение Linux”? (#feel)
Такой вещи как “ощущение Linux” не существует, потому что у Linux нет пользовательских интерфейсов. Как любое современное ядро, Linux — основание, на котором выполняются программы; пользовательские интерфейсы относятся к другим частям системы. Взаимодействие человека с GNU/Linux всегда осуществляется через другие программы, а “ощущение” приходит от них.
Проблема с “GNU/Linux” — в том, что название слишком длинно. Не предложите ли вы что-нибудь короче? (#long)
Некоторое время мы пытались использовать название “LiGNUx”, которое сочетает слова “GNU” и “Linux”. Реакция была резко отрицательной. Люди гораздо лучше воспринимают название “GNU/Linux”.

Самое короткое допустимое название для этой системы — “GNU”, однако мы называем ее “GNU/Linux” по причинам, изложенным ниже.

Проблема с “GNU/Linux” — в том, что название слишком длинно. Зачем мне мучиться и говорить “GNU”? (#long2)

Сказать “GNU” можно за какую-нибудь секунду. Если вы цените систему, которую мы разработали, разве вы не можете уделить одну секунду тому, чтобы выразить признание нашей работы?

Поскольку Linux — это второстепенная составляющая, было бы ли фактически неверно называть систему просто “GNU”? (#justgnu)
Это не противоречило бы фактам, но это не лучший вариант. Вот причины, по которым мы называем систему “GNU/Linux”, а не “GNU”:
  • Это не совсем GNU — у нее другое ядро (собственно, Linux). Различать GNU/Linux и GNU все же полезно.
  • Было бы неблагородно просить людей перестать признавать какие бы то ни было заслуги Линуса Торвальдса. Он действительно написал важный компонент системы. Мы хотим, чтобы нам отдавали должное за начало и продолжение разработки системы, но это не значит, что мы должны относиться к Линусу так же, как те, кто называет систему “Linux”, относятся к нам. Мы в корне не согласны с его политическими взглядами, но мы встречаем это разногласие уважительно и открыто, а не пытаемся преуменьшить заслуги Линуса и его вклад в систему.
  • Поскольку многие люди знают эту систему как “Linux”, если мы станем говорить “GNU”, они могут просто не понять, о чем мы говорим. Когда же мы говорим “GNU/Linux”, они могут связать это с тем, о чем они уже слышали.

Если бы я использовал “Linux” в названии продукта, мне пришлось бы за это платить; это относится и к выражению “GNU/Linux”. Будет ли нечестно, если я использую “GNU” без “Linux”, чтобы не платить за это? (#trademarkfee)
Нет ничего дурного в том, чтобы называть систему “GNU”; по сути, это так и есть. Просто было бы хорошо отдать должное и Линусу Торвальдсу, но вы совсем не обязаны платить за право делать это.

Поэтому если вы захотите назвать систему просто “GNU”, чтобы не платить за то, что называете ее “Linux”, мы вас не осудим.

К настоящему времени систему дополнили многие другие проекты; среди них — TeX, X11, Apache, Perl и много других программ. Разве ваши аргументы не подразумевают, что мы должны отдать должное и им? (Но это привело бы к такому длинному названию, что это был бы абсурд.) (#many)
Мы говорим только, что вы должны отдать должное ведущему разработчику системы. Ведущий разработчик в данном случае — это проект GNU, а система, в основном, GNU.

Если вы чувствуете еще большее желание отдать должное тем, кто этого заслуживает, вы, возможно, сочтете, что некоторые второстепенные участники также заслуживают признания в виде своей части в названии системы. Если это так, то мы далеки от того, чтобы спорить с этим. Если вы считаете, что X11 заслуживает своей части в названии системы, и вы хотите называть систему “GNU/X11/Linux” — пожалуйста. Если же вы считаете, что Perl просто взывает об упоминании, и хотите писать “GNU/Linux/Perl” — так и поступайте.

Поскольку такое длинное название, как “GNU/X11/Apache/Linux/TeX/Perl/Python/FreeCiv”, становится абсурдным, на каком-то этапе вам придется провести черту и опустить названия многих других второстепенных составляющих. Бесспорно верного места, где провести эту черту, нет, поэтому где бы вы ее ни провели, мы не станем с этим спорить.

Разные места для проведения черты приводят к разным вариантам названия системы. Но одно название не может возникнуть из соображений справедливости и выражения благодарности, каким бы ни было положение черты. Это название — “Linux”. Не может быть справедливым, когда выражают благодарность только за один из второстепенных вкладов (Linux), в то время, как главный вклад (GNU) игнорируется.

К настоящему времени систему дополнили многие другие проекты, однако они не настаивают на том, чтобы мы называли ее “XYZ/Linux”. Почему мы должны делать исключение для GNU? (#others)
Тысячи проектов разрабатывали программы, включенные в современные системы GNU/Linux. Все они заслуживают благодарности за свой вклад, однако они не являются основными разработчиками системы в целом, поэтому они не просят, чтобы на них ссылались, как на одного из основных разработчиков.

GNU отличается от них, потому что это нечто большее, чем просто привнесенная программа и даже большее, чем набор привнесенных программ. GNU — это тот каркас, на котором была построена вся система.

В наши дни GNU составляет лишь малую часть системы; почему же мы должны упоминать о ней? (#allsmall)
В 2008 году мы обнаружили, что пакеты GNU составляли 15% раздела “main” дистрибутива GNU/Linux gNewSense. На долю Linux пришлось 1,5%. Так что этот аргумент в еще большей мере справедлив в отношении названия “Linux”.

На сегодня GNU — это малая часть системы, а Linux — еще меньше. Но они — остов системы; система была создана их объединением. Поэтому название “GNU/Linux” остается уместным.

К настоящему времени многие компании сделали вклад в эту систему; разве это не значит, что мы должны называть ее “GNU/Red hat/Novell/Linux”? (#manycompanies)

GNU нельзя сравнивать с Red Hat или Novell; это не компания, не организация и даже не вид деятельности. GNU — это операционная система. (Когда мы говорим о проекте GNU, речь идет о проекте по разработке системы GNU.) Система GNU/Linux основана на GNU, и именно поэтому “GNU” должно присутствовать в ее названии.

Много вкладов этих компаний в систему GNU/Linux заключается в исходных текстах, которые они внесли в различные пакеты GNU, включая GCC и GNOME. Говоря “GNU/Linux”, вы отдаете должное и этим компаниям, наряду с остальными разработчиками GNU.

Почему вы пишете “GNU/Linux” вместо “GNU Linux”? (#whyslash)
Согласно правилам английского языка, в конструкции “GNU Linux” слово “GNU” является определением слова “Linux”. Это может означать или “версия Linux из GNU”, или “Linux, пакет проекта GNU”. Ни одно из этих значений не соответствует ситуации.

Linux — это не один из пакетов GNU; то есть, он он не был разработан под эгидой проекта GNU или внесен специально для проекта GNU. Линус Торвальдс написал Linux независимо, как свой собственный проект. Так что значение “Linux, пакет проекта GNU” неверно.

Мы не имеем в виду особую версию Linux (ядра) в проекте GNU. В свободных дистрибутивах GNU/Linux отдельная версия Linux есть, поскольку “стандартная” версия содержит вкрапления несвободных программ для устройств. Если бы это была часть проекта GNU, ее можно было бы рассматривать как “GNU Linux”; но мы не хотели бы называть ее так, потому что это привело бы к большой путанице.

Мы говорим о версии операционной системы GNU, которая отличается наличием Linux в качестве ядра. Знак “дробь” подходит к данной ситуации, потому что означает некую “комбинацию”. (Вспомните “Ввод/Вывод”). Эта система — комбинация GNU и Linux; отсюда и “GNU/Linux”.

Есть и другие способы выразить “комбинацию”. Если вы считаете, что знак “плюс” понятнее, пожалуйста, употребляйте его. Во французском языке понятен дефис: “GNU-Linux”. По-испански мы иногда говорим “GNU con Linux”.

Почему “GNU/Linux”, а не “Linux/GNU”? (#whyorder)
Упоминать главную составляющую первой — это правильно и корректно. Вклад GNU в систему не только больше, чем Linux, и был произведен раньше, чем Linux. На самом деле все это движение начали мы.

Однако если вы предпочитаете называть систему “Linux/GNU”, это намного лучше, чем то, что люди обычно делают — они полностью игнорируют GNU и создают видимость, что вся система и есть Linux.

Мой дистрибутив называется “Foobar Linux”; разве это не показывает, что это действительно Linux? (#distronames)

Это значит, что люди, которые производят дистрибутив “Foobar Linux”, повторяют общую ошибку. Мы очень признательны за то, что такие дистрибутивы, как Debian, Dragora, Musix, Trisquel и Venenux, сделали “GNU/Linux” частью своего официального названия, и мы надеемся, что если вы участвуете в работе другого дистрибутива, то вы будете призывать его к этому.

Официальное название моего дистрибутива — “Foobar Linux”; разве можно называть его как-нибудь, кроме “Linux”? (#distronames1)

Если им позволительно изменить “GNU” на “Foobar Linux”, то вам позволительно изменить его обратно и называть это “Foobar GNU/Linux”. Именно это вы должны делать, потому что иначе вы стали бы разносить их ошибку и несправедливость.

Разве не было бы более эффективно просить такие компании, как Mandrake, Red Hat и IBM, называть свои дистрибутивы “GNU/Linux” вместо того, чтобы обращаться к отдельным людям? (#companies)
Вопрос не в том, чтобы выбрать одно из двух — мы просим компании, организации и отдельных людей помочь рассказать об этом людям. Мы обращались во все три эти компании. В Mandrake сказали, что они будут употреблять термин “GNU/Linux” в некоторых случаях, но IBM и Red Hat не хотели помочь. Один из руководителей сказал: “Это чисто коммерческое решение; мы рассчитываем получить больше денег, называя систему ‘Linux’”. Другими словами, этой компании было все равно, как правильно.

Мы не можем заставить их исправить это, но мы не из тех, кто сдается лишь потому, что дорога трудна. У вас может не быть такого влияния в своей среде, как у IBM или Red Hat, но вы тем не менее можете помочь. Вместе мы можем изменить ситуацию настолько, что компаниям будет выгоднее называть ее “GNU/Linux”.

Разве не было бы лучше зарезервировать название “GNU/Linux” для полностью свободных дистрибутивов? В конце концов, это же и есть идеал GNU. (#reserve)
Широко распространенная практика добавления несвободных программ в систему GNU/Linux — это серьезная проблема нашего сообщества. Эта практика приучает пользователей к мысли, что несвободные программы — это нормально, и что использование их — это часть духа “Linux”. Многие группы пользователей “Linux” считают одной из своих задач помощь пользователям в применении несвободных дополнений и могут даже приглашать к себе продавцов с товаром. Они ставят такие цели, как “помощь пользователям” GNU/Linux (включая помощь в использовании несвободных программ и драйверов) или популяризация системы даже ценой потери свободы.

Вопрос в том, что делать, чтобы изменить это.

Большинство членов сообщества, которое использует GNU с Linux, уже не осознает, что это такое, поэтому если мы будем отрекаться от таких загрязненных версий, говоря, что они на самом деле не GNU, то это не научит пользователей сильнее ценить свободу. То, что мы хотим сказать, до них бы не дошло. Они просто возразили бы, что они, прежде всего, никогда не считали эти системы системами GNU.

Чтобы указать этим пользователям на связь со свободой, нужно поступать в точности наоборот: необходимо проинформировать их о том, что все эти версии системы действительно являются версиями GNU, что все они основаны на той системе, которая существует специально ради свободы пользователей. Понимая это, они начнут рассматривать дистрибутивы, включающие несвободные программы, как искаженные и испорченные версии GNU вместо того, чтобы думать, что это приличные и допустимые “версии Linux”.

Очень полезно основывать группы пользователей GNU/Linux, которые называли бы систему “GNU/Linux” и положили бы идеалы проекта GNU в основу своей деятельности. Если группа пользователей Linux в вашей местности имеет проблемы, описанные выше, мы предлагаем вам действовать внутри этой группы так, чтобы изменить ее ориентацию (и название) или основать новую группу. Люди, которые сосредоточены на более поверхностных целях, имеют полное право придерживаться своей позиции, однако не дайте им увлечь за собой и вас!

Почему бы не создать в составе GNU дистрибутив Linux (так!) и не называть его “GNU/Linux”? (#gnudist)
Все дистрибутивы “Linux” в действительности являются версиями системы GNU с Linux в качестве ядра. Назначение термина “GNU/Linux” — высказать эту мысль. Если бы мы разрабатывали еще один дистрибутив и называли “GNU/Linux” только его, это скрыло бы ту идею, которую мы хотим высказать.

Что касается разработки дистрибутива GNU/Linux, то мы это уже делали однажды, когда финансировали на раннем этапе разработку Debian GNU/Linux. Делать это теперь еще раз не представляется полезным; это потребовало бы большой работы, и если у нового дистрибутива не было бы существенных практических преимуществ перед другими дистрибутивами, это было бы лишено смысла.

Вместо этого мы помогаем разработчикам свободных на 100% дистрибутивов GNU/Linux, таких, как gNewSense и Ututo.

Почему не говорить просто: “Linux — это ядро GNU”, и не выпускать какую-нибудь из существующих версий GNU/Linux под названием “GNU”? (#linuxgnu)
Возможно, было бы неплохо, если бы мы приняли Linux в качестве ядра GNU в 1992 году. Если бы мы тогда знали, сколько времени нам понадобится для того, чтобы привести GNU Hurd в рабочее состояние, мы бы так и сделали. (Но прошлого, увы, не вернешь).

Если бы мы взяли существующую версию GNU/Linux и переименовали ее в “GNU”, это было бы примерно то же самое, что взять версию системы GNU и переименовать ее в “Linux”. Это было несправедливо, и мы не хотим действовать подобным образом.

Осуждал ли проект GNU использование Linux и противостоял ли он этому в самом начале? (#condemn)
Мы не приняли Linux в качестве своего ядра, но мы не осуждали и не противостояли Linux. В 1993 году мы начали обсуждать организацию финансирования разработки Debian GNU/Linux. Мы также искали сотрудничества с людьми, которые занимались изменением некоторых пакетов GNU для использования с Linux. Мы хотели включить их изменения в стандартные выпуски, чтобы эти пакеты работали с Linux “из коробки”. Но эти изменения часто были недальновидны и непереносимы; они требовали коррекции перед принятием.

Люди, которые занимались этими изменениями, проявляли мало интереса в сотрудничестве с нами. Один из них даже сказал нам, что его не интересует работа с проектом GNU, потому что он “пользователь Linux”. Это было поразительно, потому что люди, которые переносили пакеты GNU на другие системы, обычно желали сотрудничать с нами, чтобы их изменения были приняты. И все же эти люди, разрабатывающие систему, основанную главным образом на GNU, были первой (и до сих пор практически единственной) группой, не желающей работать с нами.

Это был опыт, который впервые показал нам, что люди называют версию системы GNU словом “Linux”, а также что эта путаница мешала нашей работе. Просьба к вам называть систему “GNU/Linux” — это наша реакция на эту проблему и на другие проблемы, вызванные неправильным названием “Linux”.

Почему вы так долго ждали, прежде чем просить людей называть ее “GNU/Linux”? (#wait)

А мы, собственно, и не ждали. Мы начали обращаться к разработчикам и распространителям в частном порядке по этому поводу в 1994 году, а в 1996 году провели более открытую кампанию. Мы будем продолжать столько, сколько потребуется.

Должно ли применять схему “GNU/[название]” для обозначения всех программ под лицензией GPL? (#allgpled)
Мы никогда не упоминаем об отдельных программах как о “GNU/[название]”. Если программа является одним из пакетов GNU, мы можем называть ее “GNU [название]”.

Операционная система GNU составлена из большого количества разных программ. Некоторые из программ в GNU были написаны как часть проекта GNU или специально переданы ему; это пакеты GNU, и мы часто употребляем “GNU” в их названии.

Только разработчики решают, хотят ли они включить свою программу в GNU и сделать ее пакетом GNU. Если вы разработали программу и хотите, чтобы она стала пакетом GNU, напишите, пожалуйста, по адресу <gnu@gnu.org>, чтобы мы могли составить о ней мнение и решить, нужна ли она нам.

Было бы несправедливо вставлять “GNU” в название каждой отдельной программы, которая выпускается под лицензией GPL. Если вы написали программу и распространяете ее по лицензии GPL, это не значит, что ее написали в рамках проекта GNU или что вы написали ее специально для нас. К примеру, Linux (ядро) выпускается под лицензией GNU GPL, но Линус не писал его как часть проекта GNU — он проделал эту работу независимо. Если что-то не является пакетом GNU, проект GNU не может ставить это себе в заслугу, и прибавлять “GNU” к его названию было бы неуместно.

И напротив, мы заслуживаем благодарности за операционную систему GNU в целом, хотя и не за каждую отдельную программу в ее составе. Эта система существует как таковая благодаря нашей решимости и настойчивости начиная с 1984 года — что на много лет раньше, чем были начаты работы над Linux.

Операционная система, в которой к Linux пришла популярность, была в основном той же самой, что и операционная система GNU. Она не была полностью такой же, потому что у нее было другое ядро, но это была по большей части та же система. Это был один из вариантов GNU. Это была система GNU/Linux.

Linux продолжают использовать преимущественно в производных этой системы — в современных версиях системы GNU/Linux. Отличительной особенностью этих систем является то, что в центре их расположены GNU и Linux, а не только ядро (Linux) само по себе.

Поскольку многое в GNU пришло из Unix, не должна ли GNU отдавать должное Unix, употребляя “Unix” в своем названии? (#unix)
В действительности GNU ничего не почерпнула из Unix. Unix была (и остается) несвободной, так что использование текста ее программ в GNU было бы незаконным. Это не случайно; именно поэтому мы разработали GNU: поскольку у вас не могло быть свободы при пользовании Unix или любой другой операционной системы тех дней, нам нужна была свободная система, чтобы заменить ее. Мы не могли копировать программы или даже их части из Unix; все приходилось писать заново.

GNU не заимствовала никаких исходных текстов программ из Unix, но GNU — это система, совместимая с Unix; поэтому многие идеи и спецификации GNU действительно пришли из Unix. Название “GNU”, которое означает “GNU's Not Unix” (“GNU — это не Unix”), само по себе является юмористической формой выражения благодарности Unix за это, в соответствии с хакерской традицией использовать рекурсивные сокращения, появившейся в семидесятые годы.

Первым таким рекурсивным сокращением было TINT, “TINT Is Not TECO” (“TINT — это не TECO”). Автор TINT написал одну из реализаций TECO (их существовало уже много, для разных систем), но вместо скучного названия наподобие “Такой-то TECO” он придумал остроумное и забавное название. (Именно это означает “хак”: игривое остроумие.)

Другим хакерам так понравилось это название, что мы начали подражать этому. Стало традицией, что, когда вы писали с нуля программу, подобную некоторой существующей программе (представим, что она называется “Klever”), вы можете дать ей название в виде рекурсивного сокращения, такого, как “MINK”, что означает “MINK Is Not Klever.” (“MINK — это не Klever”). В этом же духе мы назвали нашу замену Unix “GNU — это не Unix”.

Исторически сложилось, что AT&T, которая разработала Unix, не хотела, чтобы кто-либо отдавал ей должное путем употребления “Unix” в названии подобной системы, даже если система была на 99% скопирована с Unix. AT&T даже угрожала судом всякому, кто станет отдавать ей должное таким образом. Поэтому все модифицированные версии Unix (полностью несвободные, как Unix) имели совершенно иное название, которое не включало “Unix”.

Следует ли нам также говорить “GNU/BSD”? (#bsd)
Мы не называем системы BSD (FreeBSD и т. п.) системами “GNU/BSD”, потому что этот термин не соответствует истории систем BSD.

Система BSD была разработана Калифорнийским университетом в Беркли как несвободное программное обеспечение в восьмидесятых и стала свободной в начале девяностых. Любая свободная операционная система, существующая сегодня, почти наверное является или вариантом системы GNU, или разновидностью системы BSD.

Люди иногда спрашивают, является ли BSD тоже одним из вариантов GNU, как GNU/Linux. Нет, не является. Разработчиков BSD вдохновил сделать исходный текст их программ свободным пример проекта GNU, а открытые призывы активистов GNU убедили их приступить к этому, но тексты их программ имели мало общих с текстами GNU частей.

Сегодня системы BSD используют некоторые пакеты GNU, точно так же, как и система GNU и ее варианты пользуются некоторыми программами BSD; однако в целом это две разные системы, которые развивались раздельно. Разработчики BSD не добавили ядро в систему GNU, разработав его, так что название типа “GNU/BSD” не подошло бы к ситуации.

Связь между GNU/Linux и GNU намного теснее, поэтому название “GNU/Linux” для нее подходит.

Существует версия GNU, которая использует ядро из NetBSD. Ее разработчики называют ее “Debian GNU/NetBSD”, однако “GNU/(ядро из NetBSD)” было бы точнее, поскольку NetBSD — это целая система, а не только ядро. Это не система BSD, поскольку по большей части это та же система, что и GNU/Linux.

Если я установлю инструментарий GNU на Windows, значит ли это, что я использую систему GNU/Windows? (#othersys)
Не в том смысле, какой мы вкладываем в “GNU/Linux”. Инструментарий GNU — это только часть программ GNU, которые составляют только часть системы GNU, а за ними у вас все равно была бы другая полная операционная система, у которой нет общих с GNU исходных текстов. В общем, это совершенно отличная от GNU/Linux ситуация.
Разве Linux нельзя использовать без GNU? (#justlinux)
В некоторых случаях Linux применяется самостоятельно или с небольшими другими программами. Эти небольшие программные системы и на пушечный выстрел не приближаются к системе GNU/Linux. Пользователи, например, не устанавливают их на персональные компьютеры; эти системы обманули бы все их ожидания. Чтобы показать, насколько эти небольшие платформы отличаются от GNU/Linux, полезно говорить, что в этих приложениях работает только Linux.
Существуют ли полные системы Linux (так!) без GNU? (#linuxsyswithoutgnu)
Есть полные системы, которые содержат Linux, но не содержат GNU. Пример — Android. Но называть их системами “Linux” было бы неправильно, точно так же, как неправильно называть GNU системой “Linux”.

Android сильно отличается от системы GNU/Linux — потому что у них очень мало общего. На самом деле общее у них только одно: Linux.

Если вы называете словом “Linux” всю систему GNU/Linux, вам придется говорить что-то вроде “Android содержит Linux, но это не Linux, потому что в нем нет обычных в Linux (так!) библиотек и утилит (подразумевая под этим систему GNU)”.

Android содержит ровно столько же от Linux, сколько содержит GNU/Linux. Чего там нет — это GNU. В Android их заменяют на программы Google, которые работают совсем по-другому. Android от системы GNU/Linux отличает именно отсутствие GNU.

Почему бы все равно не называть систему “Linux”, укрепляя этим положение Линуса Торвальдса как “парня с обложки” нашего сообщества? (#helplinus)
Линус Торвальдс — “парень с обложки” (выражение других людей, не наше) для своих целей, а не для наших. Его цель — сделать систему более популярной, и он верит в то, что ее ценность для общества состоит исключительно в практических достоинствах, которые она предоставляет: ее возможностях, надежности и доступности. Он никогда не выступал за свободу сотрудничества как этический принцип, поэтому общественность и не связывает названия “Linux” с этим принципом.

Линус открыто заявляет о своем несогласии с идеалами движения за свободные программы. Он много лет разрабатывал несвободные программы на работе (он сказал так при большой аудитории на выставке “Мир ‘Linux’”), а также публично призвал соразработчиков Linux (ядра) использовать несвободные программы для совместной работы над этим ядром. Более того, он упрекает людей, которые полагают, что инженеры и ученые должны принимать во внимание социальные последствия своей технической работы — несмотря на урок, который преподала обществу разработка атомной бомбы.

Нет ничего дурного в написании свободной программы ради учебы и развлечения; ядро, которое Линус написал по этим причинам, было важным вкладом для нашего сообщества. Но не эти мотивы стали причиной существования полной свободной системы, GNU/Linux, и они не обеспечат нашей свободы в будущем. Общественность должна знать это. Линус имеет право пропагандировать свои взгляды; однако люди должны знать, что корни операционной системы, о которой идет речь, лежат в идеалах свободы, а не в его мировоззрении.

Разве честно с нашей стороны приписывать GNU работу Линуса Торвальдса? (#claimlinux)
Это было бы нечестно, поэтому мы так не поступаем. Работа Торвальдса — Linux (ядро); мы аккуратно стараемся не приписывать эту работу проекту GNU и не помечать ее как “GNU”. Когда мы говорим о системе в целом, название “GNU/Linux” отмечает и его заслуги.
Согласен ли Линус Торвальдс с тем, что Linux — это только ядро? (#linusagreed)

Вначале он признавал это. В примечаниях к самому раннему выпуску Linux сказано: “Большинство инструментов, используемых с linux, являются программами GNU и подчинены авторскому леву GNU. Эти инструменты не вошли в дистрибутив — обращайтесь ко мне (или в GNU) за дополнительной информацией”[1].

Почему нельзя доделать ядро GNU Hurd, выпустить систему GNU как целое и забыть вопрос о том, что называть GNU/Linux? (#finishhurd)
Мы хотели бы, чтобы операционная система GNU получала признание независимо от того, с каким ядром она применяется.

Доработать GNU Hurd до стадии, когда ядро могло бы потягаться с Linux, было бы большой работой, необходимость которой не очевидна. Единственное, что этически неверно в Linux как ядре — включение в него “клякс” с программами для устройств; лучше всего эту проблему решает разработка свободных аналогов клякс.

Битва уже проиграна — общество приняло решение, и мы не можем его изменить; так стоит ли даже думать об этом? (#lost)
Это не битва, это образовательная кампания. Как называть систему — это не единичный выбор, который “общество” должно сделать раз и навсегда: каждый человек, каждая организация может решать, какое название использовать. Вы не можете заставить других называть систему “GNU/Linux”, но вы можете решить называть систему “GNU/Linux” сами — и поступая таким образом, вы поможете научить других.
Общество уже приняло решение, и мы не можем его изменить, так какая же будет польза от того, что я стану говорить “GNU/Linux”? (#whatgood)
Это не ситуация “все или ничего”: как правильная, так и неправильная картина распространяются разными людьми, одна более, другая менее активно. Если вы будете называть систему “GNU/Linux”, вы поможете другим узнать об истинной истории системы, ее происхождении и причинах существования. Вы не можете исправить без посторонней помощи неверное наименование повсюду — не более, чем мы сами,— но вы можете помочь. Если хотя бы несколько сотен человек увидят, что вы употребляете термин “GNU/Linux”, вы обучите значительное число людей без особого труда. А некоторые из них передадут исправление дальше.
Не лучше ли называть систему “Linux”, познакомив людей с ее истоками десятиминутным рассказом? (#explain)
Если вы помогаете нам, объясняя это людям таким образом, мы благодарны вам за эту работу, однако это не лучший метод. Это не приводит к таким результатам, как если называть систему “GNU/Linux”, а также неэффективно расходует ваше время.

Это не приводит к нужным результатам, потому что может не дойти до сознания людей, и, без сомнения, не будет распространяться далее. Некоторые люди, которые услышат ваши объяснения, обратят внимание и, возможно, получат верное представление о происхождении системы. Но едва ли они станут повторять такое объяснение другим каждый раз, когда заговорят о системе. Они, вероятно, просто будут называть ее “Linux”. Без особого намерения они будут помогать росту заблуждения.

Это неэффективно, потому что отнимает намного больше времени. Если вы будете говорить или писать “GNU/Linux”, это займет у вас лишь несколько секунд в день — даже не минут,— так что вы будете в состоянии охватить намного больше людей таким способом. Различать Linux и GNU/Linux, когда вы говорите или пишете, гораздо легче, чем помогать проекту GNU любым другим из эффективных способов.

Некоторые люди смеются над вами, когда вы просите их называть систему GNU/Linux. Зачем вы подвергаете себя такому обращению? (#treatment)
Когда систему называют “Linux”, люди обычно получают неверное представление об истории системы и причинах ее существования. Люди, которые смеются над нашей просьбой, вероятно, уже получили такое ошибочное представление — они думают, что наша работа проделана Линусом, поэтому они смеются, когда мы просим признания за нее. Если бы они знали правду, они, вероятно, не смеялись бы.

Почему мы берем на себя смелость высказывать просьбу, которая иногда приводит к насмешкам в наш адрес? Потому что часто это приводит к полезным результатам, которые помогают проекту GNU. Мы согласны идти на риск незаслуженных оскорблений ради достижения наших целей.

Если вы видите, что возникает такая парадоксально несправедливая ситуация, пожалуйста, не оставайтесь в стороне. Пожалуйста, расскажите тем, кто смеется, об истинной истории. Когда они поймут, почему эта просьба справедлива, те, у кого есть хоть доля здравого смысла, смеяться перестанут.

Некоторые люди осуждают вас, когда вы просите их называть систему “GNU/Linux”. Разве вы не проигрываете, отчуждая их? (#alienate)
Не очень. Люди, которые не ценят нашей роли в разработке системы, вряд ли будут прилагать серьезные усилия, чтобы помочь нам. Если они делают работу, которая служит нашим целям, такую, как выпуск свободных программ, это происходит, скорее всего, не оттого, что мы их попросили, а по каким-то другим, независимым причинам. В то же время, приучая других приписывать нашу работу кому-то другому, они подрывают наши возможности по привлечению других людей для помощи нам.

Нет смысла беспокоиться об отчуждении людей, которые уже по большей части не желают сотрудничать, и невозможно достичь цели, если отказываться от исправления серьезной ошибки всякий раз, когда мы рискуем навлечь на себя гнев людей, которые не хотят ее устранения. Поэтому мы будем продолжать пытаться исправить неверное название.

Что бы вы ни вложили, разве можно переименовывать операционную систему? (#rename)
Мы ничего не переименовываем; мы называем эту систему “GNU” с тех пор, как мы объявили о ней в 1983 году. Люди, которые попытались переименовать ее в “Linux”, не должны были это делать.
Разве честно заставлять людей называть систему “GNU/Linux”? (#force)
Было бы нечестно заставлять их, и мы не пытаемся делать это. Мы называем систему “GNU/Linux” и просим вас поступать так же.
Почему бы не преследовать в судебном порядке людей, которые называют всю систему “Linux”? (#whynotsue)
Нет никаких законных оснований преследовать их в судебном порядке; кроме того, поскольку мы верим в свободу слова, мы в любом случае не хотели бы этого. Мы просим людей называть систему “GNU/Linux”, потому что это правильно.
Не следует ли вам внести в GNU GPL требование называть систему “GNU”? (#require)
Целью лицензии GNU GPL является защита свободы пользователей от тех, кто мог бы создать несвободные версии свободной программы. Хотя те, кто называет систему “Linux”, действительно часто делают то, что ограничивает свободу пользователей, например, поставляют несвободные программы в комплекте с системой GNU/Linux или даже разрабатывают несвободные программы для таких поставок, сам по себе факт называния системы “Linux” не ограничивает свободы пользователей. Нам кажется неуместным изменять GPL так, чтобы она ограничивала пользователей в выборе названия для системы.
Разве не лицемерно требовать ссылки на проект GNU после того, как вы возражали против требования первоначальной лицензии BSD о рекламе Калифорнийского университета? (#BSDlicense)
Было бы лицемерием сделать название GNU/Linux требованием лицензии, и мы этого не делаем. Мы только просим о признании, которого мы заслуживаем.

Обратите внимание, что есть по меньшей мере две различных лицензии BSD. Для ясности не пользуйтесь, пожалуйста, выражением “лицензия BSD”, не упоминая о том, какая именно это лицензия.

Поскольку вы не внесли в GNU GPL требования называть систему “GNU”, вы заслуживаете того, что случилось; почему же вы теперь жалуетесь? (#deserve)
Этот вопрос опирается на довольно спорное этическое положение, что если люди не заставляют вас обращаться с ними честно, то вы имеете право обращаться с ними так, как вам угодно. Другими словами, это предполагает, что кто сильнее, тот и прав.

Мы надеемся, что вы не согласны с этим положением так же, как и мы.

Не было бы лучше с вашей стороны не оспаривать того, в чем убеждено так много людей? (#contradict)
Мы не думаем, что мы должны следовать за большим количеством людей, потому что их ввели в заблуждение. Мы надеемся, что вы тоже решите, что истина важна.

Мы никогда не разработали бы свободной операционной системы, если бы сперва не отказались от убеждения, принятого большинством людей, в том, что несвободное программное обеспечение законно и приемлемо.

Разве то, что многие называют ее “Linux”, не делает ее таковой?(#somanyright)
Мы не думаем, что популярность заблуждения обращает его в истину.
Не лучше ли называть систему именем, уже известным большинству пользователей? (#somanyright)
Пользователи не лишены способности учиться. Поскольку в состав “GNU/Linux” входит “Linux”, они распознают, о чем вы говорите. Если вы время от времени будете добавлять “(часто по ошибке называемая “Linux”)”, то все они это поймут.
Многих людей интересует, что удобнее и кто побеждает, а не споры о том, что честно, а что нет. Разве вы не могли бы получить больше поддержки с их стороны при другом подходе? (#winning)
Заботиться лишь о том, что удобнее и кто выигрывает — это безнравственный подход к жизни. Несвободные программы представляют пример такого аморального подхода и процветают благодаря ему. Таким образом, в конечном итоге принять такой подход означало бы обречь себя на провал. Мы будем продолжать говорить в терминах добра и зла.

Мы надеемся, что вы принадлежите к тем, для кого добро и зло имеют значение.

[Эмблема ФСПО]“Наша задача — сохранение, защита и поддержка свободы использования, изучения, модификации, копирования и распространения компьютерных программ, а также защита прав пользователей свободных программ”.

Фонд свободного программного обеспечения — ведущая организация, ответственная за разработку операционной системы GNU. Поддержите GNU и ФСПО покупкой руководств и других товаров, присоединением к ФСПО в качестве члена-партнера или пожертвованиями, прямо в фонд или по Flattr.

к началу